С лицом измученным и серым,
на белой смятой простыне,
как жертва бешеной холеры ,
лежишь коленками к стене.
Протяжно стонешь, как при родах,
трясётся градусник в руках.
Вся скорбь еврейского народа
застыла в суженных зрачках.
По волевому подбородку
струится пенная слюна.
Ты шепчешь жалобно и робко:
«Как ты с детьми теперь одна??..»
В квартире стихли разговоры,
ночник горит едва-едва.
Темно…опущены все шторы..
У мужа тридцать семь и два…
Мужской ответ (via network1453)
В словах застыло раздраженье,
В глазах холодный нервный блеск.
Порывисты ее движенья,
В эмоциях сплошной гротеск.
И на вопрос простой и робкий:
«А есть, любимая, поесть?»
Летят об стену сковородки.
Там вмятиин столько, что не счесть.
А как вчера все было классно:
Любовь и ласки до зари…
…к ней подходить теперь опасно
пришли критические дни.
sirsin к записи 